«Гласность» и свобода - Сергей Иванович Григорьянц

…Не являясь лично организующим звеном в деятельности радикально настроенных депутатов и участников неформальных объединений, А. Д. Сахаров стал их знаменем, своеобразным моральным символом и автором многих политических инициатив. Так, он одним из первых выдвинул тезис о необходимости отмены статьи 6 Конституции СССР, что впоследствии стало ключевым требованием радикалов. Его „Декрет о власти“ сыграл роль политической платформы как межрегиональной группы депутатов, так и многих клубов избирателей…

В последнее время А. Д. Сахаров демонстрирует подчеркнутое пренебрежение к любым предложениям высших органов власти страны, нередко пытаясь сорвать их или противопоставить им свои инициативы типа альтернативного проекта Конституции СССР.

Всемерно поощряя нагнетание обстановки в стране, он явился одним из инициаторов призыва к проведению 11 декабря 1989 г. всеобщей политической предупредительной забастовки…

Учитывая амбициозность А. Д. Сахарова, излишнее внимание к нему средств массовой информации, следует ожидать, что он будет стремиться и в дальнейшем играть роль «генератора оппозиционных идей».

По мнению многоопытного генерала КГБ Олега Калугина (об этом он неоднократно говорил, в том числе и мне), для убийства Сахарова был использован разработанный в лабораториях комитета так называемый «желтый порошок». Сколько людей было убито с его помощью – неизвестно. Лишь один раз британские спецслужбы обнаружили, что один из ирландских террористов, начавший давать показания об источниках оружия для Северной Ирландии, погиб в результате его применения. Попадая на открытые участки кожи, скажем, на ладони рук, желтый порошок в течение нескольких часов вызывал острую сердечную недостаточность и скоропостижную смерть жертвы. Через два часа следы желтого порошка не могли быть обнаружены ни в крови, ни во внутренних органах. Достаточно покрыть им ручку в автомобиле или входной двери в подъезде, и человек, за нее взявшийся, через несколько часов будет мертв.

В книге Наталии Рапопорт16, дочери знаменитого патологоанатома Якова Львовича Рапопорта (в свое время проходившего по «делу врачей». – С. Г.), читаем:

Обстоятельства смерти Андрея Дмитриевича были странными, если не сказать – подозрительными. У Сахаровых были две двухкомнатные квартирки, одна над другой – в одной шел быт, в другой Андрей Дмитриевич отдыхал и работал. В этот вечер он сказал Елене Георгиевне, что хочет отдохнуть часа полтора перед тем, как сесть работать над завтрашней речью, попросил разбудить его через полтора часа и вышел в нижнюю квартиру. Через полтора часа, как договорились, Елена Георгиевна спустилась вниз. Дверь квартиры была открыта. Сахаровы вообще с утра до поздней ночи традиционно не запирали дверей. Андрей Дмитриевич лежал на пороге квартиры. Он был мертв. На крик Елены Георгиевны прибежали соседи – два молодых человека, курившие на лестничной клетке. Они перенесли Андрея Дмитриевича на диван и безуспешно пытались делать искусственное дыхание, хотя смерть была очевидной и не вызывала сомнений. Приехавшая два с половиной часа спустя «скорая» объявила академика Сахарова мертвым. Было ясно, что умер он мгновенно, буквально через минуту после того, как расстался с Еленой Георгиевной и пошел отдохнуть. Что было причиной этой внезапной смерти?

Утром радио объявило о смерти Сахарова, и вскоре папе позвонил человек, представившийся Юрой Васильевым.<…>

Он сказал, что звонит по просьбе семьи Андрея Дмитриевича и физиков ФИАНа. Они просят папу присутствовать при вскрытии: они надеются, что папин профессиональный авторитет и репутация человека с несгибаемой под давлением совестью предотвратят возможность скрыть подлинные причины смерти Сахарова, если обнаружится, что она была криминально-насильственной, а не естественной.

Никому другому Елена Георгиевна не доверяла. И действительно, Яков Рапопорт составил чрезвычайно любопытное заключение:

Первые этапы вскрытия тела Андрея Дмитриевича были несколько «разочаровывающими», не оправдавшими ожидания патологоанатомов найти резкие поражения жизненно важных органов, такие как резкий склероз магистральных артерий и разрыв их со смертельным кровотечением, или обширные поражения сердца старым или свежим инфарктом, или тромбы жизненно-важных артерий, или аспирацию (занос в дыхательную систему рвотных масс вызывающих мгновенное удушение) и т. п. Ничего из этого набора причин внезапной смерти в откровенной форме не было. <…> Сверх ожиданий было обнаружено относительное морфологическое благополучие артерий коронарной системы сердца. <…> Не оправдались ожидания патологоанатомов обнаружить типичную патологию хронической болезни с ее финалом в виде обструкции просвета крупной ветви коронарной системы сердца. Если бы эти ожидания оправдались, был бы быстро и исчерпывающе решен вопрос о причинах и механизмах внезапной смерти Андрея Дмитриевича. Этого, однако, не случилось. <…> Мы ожидали от скоропостижной смерти более ясной и отчетливой морфологической документации.

Но больше страницы он посвящает, по-видимому, самому главному, тому, что не может объяснить:

Полной неожиданностью была картина, открывшаяся перед присутствующими при снятии черепной крышки и обнажении поверхности мозга… Раскрывшейся картиной все были ошеломлены: в моем прозекторском опыте, насчитывающем около 70 лет, я ее встречаю впервые. В плотной кости снятой черепной крышки проявились, точно замурованные в ней, множественные кроваво-красные пятна разных размеров, от 1 до 3–4 см². Число их не сосчитывали. Форма их была неправильная, на просвет они имели очертания расплывшегося пятна, то розовой, то отчетливо красной окраски. <…>Поверхность полушарий мозга, особенно левого, тоже была необычна. Левое полушарие было покрыто плотной оболочкой, толщиной около 2–3 мм, из ткани фиброзного вида с буроватым оттенком. Такой же оттенок имела поверхность левого полушария.

При всей ошеломляющей для него необычности и необъяснимости увиденного Рапопорт все же делает вывод: «Никакого значения в скоропостижной смерти они, вероятно, не имели, и не подлежат анализу под этим углом зрения».

Однако, чрезвычайно опытный врач Виктор Тополянский, десятки раз анализировавший причины заболеваний и гибели известных советских политических деятелей, полагает, что множественные кроваво-красные пятна на внутренней части черепной крышки – синдром ДВС (диссеминированное внутрисосудистое свёртывание) могли быть следствием кровоизлияний, причиной которых могло быть некое, в том числе медикаментозное, вмешательство, но и не только. Например, в разное время перенесенные инфекционные заболевания могли быть не столько причиной, сколько дополнительным их признаком. Причем розовые пятна могли быть результатом недавнего вмешательства или заболевания и встречаются на самом деле нередко в практике патологоанатомов, как в случаях неуправляемых кровотечений (к примеру, у женщин в послеродовом периоде), так и в случае токсических или инфекционных заболеваний. По опубликованным результатам вскрытия Тополянский приходит к выводу, что клинически понять причину смерти Андрея Дмитриевича невозможно: оба его лечащие врача, Сметнев и Постнов, были образцовыми сотрудниками Четвертого управления Минздрава, подчинялись во всем Чазову (который, заметим, даже формально по должности